66.61
73.95
Погода в Армавире:
ясно +24
ночь +24
утро +32
23 : 46
19 августа, 2019

Старой Станице — 225 лет!

Старая Станица была основана в XVIII веке.

Старой Станице — 225 лет!
фото: kukarta.ru
  • В этом году Старая Станица отмечает 225 лет со дня своего основания. Празднества, приуроченные к юбилею, пройдут в рамках культурной программы Дня города.

    У небольшой станицы, раскинувшейся на правом берегу Кубани, своя история, которая берет начало во второй половине XIII века и косвенно связана с именем легендарного полководца Александра Суворова.

    Почему станица называется Старой, рассказал заведующий отделом археологии, палеонтологии и природы Армавирского краеведческого музея А.П. Лопатин.

  • Крепость Царицынская

    Во второй половине XVIII века, благодаря военным действиям и дипломатическим успехам, в состав Российской империи были включены громадные территории, в том числе и часть земель Северо-Западного Кавказа.

    По условиям Кючук– Кайнарджийского мирного договора (1774 г.), Россия добилась провозглашения независимости от Турции Крымского ханства, подтверждены были права на Кабарду, кроме того, к российским землям была присоединена обширная область между реками Доном и Еей.

    Через некоторое время командующим Кубанским корпусом приказом графа Румянцева от 29 ноября 1777 года был назначен генерал-поручик А.В. Суворов. 15 января 1778 года Суворов прибыл на Кавказ.

    Александр Васильевич Суворов оказался здесь не случайно. 1 сентября 1777 года при участии Османской Порты вспыхнуло восстание против Крымского хана Шагин-Гирея, охватившее не только Крым, но и Прикубанье. Для прекращения волнений ногайцев и ликвидации опасности вторжения турок   А. В. Суворов предложил продвинуть вперед западную границу Азово-Моздокской укрепленной линии, выдвинув ее с реки Ея на правый берег Кубани.

    Екатерина II в 1777 году утвердила план строительства новой оборонительной линии от крепости Азов до крепости Моздок.

    Летом 1778 года строительство начинается силами солдат и казаков. В короткий срок по правому берегу Кубани была построена цепь разнохарактерных укреплений.

    Последней, самой дальней на Кубани крепостью была Царицынская, построенная на возвышенном правом берегу.

    Гарнизон крепости состоял из гренадерской роты нижегородского полка, мушкетерской роты и двух драгунских эскадронов астраханского полка.

    Однако с определением места нахождения крепости Царицынской не все ясно.

    Одни исследователи склоняются к тому мнению, что Царицынская находилась на склоне балки реки Горькой, что немного севернее будущей крепости Прочный Окоп, где позднее был поставлен коммуникационный пост Царицынский генералом Текелли (в дальнейшем Царицынские хутора, а ныне хутор Северо-Кавказский).

    Другие же определяют местонахождение Царицынской напротив устья Урупа, на месте будущего Прочного Окопа.

    Как бы то ни было, но история суворовских крепостей на Средней Кубани была весьма краткосрочна.

    Но она определила самое главное — выход Российской державы на местные берега, стратегию будущего формирования Кавказской укрепленной линии и прямое знакомство с закубанской этно-политической обстановкой, весьма важной для последующих планов и действий.

  • Крепость Прочный Окоп

    Политическое положение, в котором находилась Турция после дипломатического поражения середины 70-х годов от России, не устраивало ее, поэтому турецкое правительство усиленно готовится к новым военным столкновениям. В 1781 году в Анапе была сооружена первоклассная крепость и сосредоточены значительные военные силы. Реконструирована была и другая не менее сильная крепость Суджук-Кале (Новороссийск).

    В условиях непрекращающегося острого политического соперничества с Турцией России удалось в 1783 году добиться еще одной важной победы.

    В этом году был обнародован манифест о присоединении Крыма к России, а затем 28 декабря 1783 года в Константинополе был подписан трактат, согласно которому новая граница русских владений на Северном Кавказе установилась по реке Кубань.

    Азово-Моздокская оборонительная линия, в силу новой военно-политической обстановки, фактически утратила роль передовой границы и оказалась уже в тылу российских владений.

    Не случайно поэтому уже в следующем 1784 году под непосредственным руководством главного начальника Кавказской линии генерал-поручика П. С. Потемкина были начаты работы по строительству оборонительных сооружений на новой Кубанской границе.

    К концу 1784 года были уже устроены укрепления Прочный Окоп, Григориполис и Преградный стан.

    Большую роль в выборе места крепости Прочный Окоп сыграл генерал-губернатор Иван Васильевич Гудович.

    Местоположение крепости Царицынской, выбранное Суворовым, настолько благоприятно соответствовало стратегическому назначению, что И. В. Гудович не стал менять его и здесь же построил новую крепость Прочный Окоп.

    Покатости и уклоны выравнивались градусовой доской и обрезались под рейку.

    Крепость имела форму неправильного многоугольника с треугольными выступами-бастионами и полубастионами.

    Она была окружена наружным глубоким рвом. Бастионы крепости были полыми и имели амбразуры — сквозные вырезы в брустверах-валах — для стрельбы из орудий, стоящих за прикрытиями.

    Были и бойницы для ружейной стрельбы. Чтобы выйти на линию огня к бойницам, солдаты поднимались по земляным ступеням.

    Для обороны использовались небольшие горные пушки.

    На территории крепости до сих пор находят чугунные ядра и пустотелые бомбы, принадлежащие этим орудиям, предметы солдатского быта: медные пуговицы, монеты, пряжки, цепочки, свинцовые пули к ружьям.

    Протяженность крепости с северо-запада на восток — 480 м, с севера на юг — 400 м. На ее территории находилось 38 всевозможных строений.

    На протяжении долгих десятилетий Прочный Окоп оставался центральной, наиболее значимой крепостью на Средней Кубани. Ее роль хорошо известна в событиях российско-турецкой войны 1787-1791 годов, когда ни попытки простых прорывов шейха Мансура и Батал-паши, пытавшихся поднять горцев Северного Кавказа под османским флагом, ни неудачи первых трудных походов против Анапы (под командованием Бибикова) не поколебали уверенности командования, что Прочный Окоп — не только выгодно расположенная пограничная твердыня, но и гарант постоянно крепнувших взаимоотношений закубанских народов с Россией.

  • При постройке крепости Прочный окоп земля для валов просеивалась через грохоты и подносилась солдатами в плетеных корзинах. Затем ее смачивали водой и перекладывали на валу корнями трав, при этом утрамбовывая ручными колотушками.

  • Основание ­Старой Станицы Прочноокопской

    К 1792 году на Кубани уже имелось три крепости и семнадцать редутов. Укрепления, по словам историка Ф. А. Щербины, «...отличались примитивным устройством». Объяснялось это тем, что в тот момент между Кубанской и Азово-Моздокской линией не существовало никаких русских поселений, поэтому не было необходимости в фундаментальных оборонительных сооружениях.

    После подписания Ясского мира 29 декабря 1791 года (10 января 1793 года) Российское правительство начинает закреплять свое господство на землях Северо-Западного Кавказа. Первые усилия были направлены на надежное обеспечение новых границ. Заняться этим делом было предложено генерал-аншефу И. В. Гудовичу.

    В своем донесении в январе 1792 года Гудович высказал мысль о необходимости взамен существовавших на Кубани редутов соорудить новые укрепления и крепости, усилить Кубанскую линию вооруженным населением, чтобы обеспечить от неприятеля свободное пространство степей между Доном и Кубанью.

    В Именном Высочайшем Указе Екатерины II от 23 февраля 1792 года говорилось: «...населить казаками войска Донского, считая не менее 200 семей в каждую станицу...». Планировалось заселить 12 станиц донскими казаками и оставить находящиеся на Кавказской линии на трехлетней службе шесть Донских полков, желающим возвратиться на Дон разрешено вместо себя прислать охотников переселиться на Кубань.

    Донские полки уже заканчивали трехлетний срок службы на Кавказе, с нетерпением ожидали возвращения на родину — Тихий Дон.

    Вместо возвращения на Дон казакам было объявлено, что по Высочайшему повелению они остаются на Кубани для заселения новых станиц. Казаки навсегда должны были расстаться с надеждой на возвращение домой. В среде казаков стало проявляться видимое неудовольствие, обратившееся в открытое неповиновение своему начальству. На тайных сходках казаки стали сговариваться к побегу на Дон. Душой и руководителем возникшего замысла стал атаманского полка казак Никита Иванович Белогорохов, его ближайшими помощниками были Фока Сухорукой, Трофим Штукатуров.

    Общее число бежавших составило 784 человека из трех полков. Бегство совершалось небольшими партиями. Бежавшие с Кубани казаки прибыли на Дон и расположились вблизи Черкасска.

    Общими усилиями беглецов удалось склонить к повиновению, после чего Белогорохов летом 1792 года отправился в Петербург с намерением подать императрице Екатерине II прошение. Но он был арестован и заключен под стражу. Главари были наказаны и отправлены в ссылку.

    В это же время в крепости Прочный Окоп побег тридцати казаков был предотвращен «отобранием у них лошадей». Имели место погони за беглецами и показательные наказания.

    После наказания виновных общественное спокойствие на Дону и на Кубани было обеспечено настолько, что Гудович приказал, не теряя времени, приступить к выполнению повеления о переселении донских казаков на Кубанскую линию. О чем он в августе 1793 года сообщил графу Салтыкову и войсковому атаману Иловайскому.

    Но вопрос о переселении на Кубанскую линию не обещал миролюбивого разрешения. В пяти станицах казаки упорно отказывались исполнить Высочайшее повеление, даже войсковое начальство не могло склонить их к повиновению. Признано необходимым расположить батальоны близ донских станиц: Есауловская, Кобылянская, Верхне-Чиркская, Нижне-Чиркская, Пятиизбянская.

    Командир Кубанского корпуса генерал-майор Щербатов., находившийся в то время в крепости Ростовской (Дмитриевская), писал, что «если они останутся непреклонными к выполнению повеленого, не должно оставить их далее в своих таких мыслях, что они могут не послушаться; почту необходимым подвинуть к ним гораздо ближе: снизу егерей, а сверху два карабинерных полка и сам туда отправлюсь, дабы таким сближением отнять у них возможность общаться с другими станицами». Такое распоряжение Щербатова оказало свое действие.

    К переселению назначено до 1000 семейств (4701 душа) из тех станиц, которые наиболее в том упорствовали, именно: Кобылянской. Нижне-Чиркской, Верхне-Чиркской, Пятиизбянской, Есауловской и Глазуновской. Казаки-переселенцы были разбиты на три партии по времени и месту назначения: первая — 24 июня к Прочному Окопу в 200 семействах; вторая — 28 июня к Воровскому лесу в 100 семействах и третья — 30 июня к Григориполису в 150 семействах.

    Когда именно поселяне прибыли на назначенные места Кавказской линии, официальных сведений не найдено. Но известно, что в первых числах августа последовало распоряжение об отпуске поселянам из местных магазинов провианта в размере одной четверти муки на семью и подлежащее количество крупы. Распоряжение это могло последовать до прибытия поселян на места с тем, чтобы они без замедления воспользовались провиантом. Из этого можно заключить, что поселяне прибыли на места в августе или в сентябре месяце 1794 года. По другим данным определяется точная дата прибытия первой группы: «казаки уже 1 августа разместились у подножия крепости Прочный Окоп на самом берегу Кубани, образовав станицу Прочноокопскую». В станице Прочноокопской обосновались переселенцы из донских станиц: Нижне-Чиркской, Верхне-Чиркской, Пятиизбянской и Есауловской.

    Первоначально станица Прочноокопская была устроена по основному стандарту: дворы имели 20 саженей в длину и 15 в ширину, с «огорожей» (плетеной изгородью), сама станица даже в 1802 году еще не имела рва и вала, которые станичники сделали позже. По сообщениям старожилов станицы в Прочноокопской с двух сторон находились большие дубовые ворота, открывавшиеся с восходом и закрывавшиеся с закатом солнца, дабы не проникли сюда азиаты или черкесы. Около ворот постоянно находились часовые.

    Командуя русскими войсками на Кавказе, А.П. Ермолов параллельно с военными вопросами на Кавказе не обходил стороной и военно-санитарные. Это касалось расширения и преобразования Кавказской укрепленной линии от Терека до Кубани, строительство которой было завершено в период его наместничества. Строя новые и реконструируя старые укрепления, он придерживался, прежде всего, военной целесообразности. В ряде случаев он просто отмечал несостоятельность объекта или из военных соображений приказывал перенести его на новое место либо вовсе уничтожить.

    Так произошло и с местом поселения станицы Прочноокопской, которое оказалось непригодным для жительства («...Кубань наполняла водой и через окна входила в жилища; болезни и смуты превосходили вероятие...»). В течение ряда лет Кубань широко разливалась во время летнего таяния ледников в горах. Мощный поток воды наносил огромный ущерб хозяйству. В 1817 году А. П. Ермолов приказал перенести станицу на более высокий правый берег за четыре версты, вниз по течению Кубани.

    На прежнем месте остались самые стойкие казаки, не желавшие порывать с отцовским первопоселением. В начале XIX века Кубанский полк получил незначительный приток новых поселенцев, который имел скорее случайный, нежели запланированный характер. Со временем состав линейного казачества неизбежно терял свою исконно донскую чистоту — в него вливались не только продолжавшие прибывать с Дона сородичи первопоселенцев. Так, в 1807 году в состав прочноокопцев были зачислены 20 абазин «горского владельца Атажука Клычева». Эти абазины были обращены в православную веру и распределены по станицам. В декабре 1814 года из числа военнопленных поляков, которые были прикомандированы к полку, пятеро изъявили желание остаться «на всегдашнее жительство».

    К этому времени в результате принудительного формирования казачьего войска остро встал вопрос об увеличении числа казачьего населения. В 1828 году было определено, что беглые в Новороссийский край крестьяне помещикам не возвращаются, а «обращаются в казачье звание». В результате проведенных мер заселялась и новая станица Прочноокопская, и оказалась незаброшенной СТАРАЯ СТАНИЦА Прочноокопская.

    При переселении на Кубань каждой казачьей семье было отпущено по 20 рублей денежной субсидии и по четверти ржаной муки, кроме того, на сооружение церквей на новых местах каждая из станиц получила по 500 рублей. Переселенцам была дана двухлетняя льгота, во время которой они освобождались от повинностей, но обязаны были обустраивать собственное хозяйство.

Поделиться в социальных сетях:
×

Напишите нам

Вы также можете предложить новость в WhatsApp: