Родился он 5 февраля 1936 года в Армавире в семье немца и казачки. Жили скромно. Мама Надежда Петровна до войны работала в колхозе, а с началом Великой Отечественной устроилась нянечкой в железнодорожный госпиталь. Отец, Давид Андреевич, был трактористом, на фронт ушёл в сентябре 1941-го.
— Мы переехали в колхоз Карла Либкнехта под Армавиром, — вспоминает Александр Давидович. — Когда пришли фашисты, нас отправили на запад.
Осенью 1942 года четыре семьи из колхоза погрузили на подводы и повезли сначала в Львовскую область, потом — в Польшу, за колючую проволоку. Там прибывших «сортировали»: отобрали 17-летних подростков, потом 14-летних. Как говорит Александр Давидович, забирали их на переливание крови.
Последними «сортировали» детей. Фашисты отбирали светловолосых, голубоглазых и крупных для программы по «перевоспитанию». Соседскую девочку спасла родная мама, которая, измазав её сажей и повязав платок, сказала, что дочь заболела.
В лагере в Польше армавирцев перевели в странное «медицинское» здание, где их заставляли мыться вонючим мылом и обливали из шлангов. А потом, погрузив в машины, отправили в Германию. Маленького Сашу вместе с мамой отдали немецкому фермеру.
— Нас поднимали в четыре утра перед дойкой коров. Животных было шесть. Мы должны были запарить каждой бурёнке по ведру соломы, убрать навоз, — без эмоций рассказывает армавирец. — Днём хозяин заставлял работать в поле.
Отношение было жёстоким. За малейшую провинность били. А в декабре 1944-го после конфликта немецкого фермера с Надеждой Петровной их отправили в лагерь с медицинским уклоном, где людей специально заражали тифом и холерой. Там 8-летний Саша Шваб сильно переболел.
Освободили его с мамой 7 мая 1945 года. А в июле они вернулись в родной, но разрушенный Армавир.
Александр Шваб окончил школу, пытался поступить в военное училище, но судьба распорядилась иначе — он всю жизнь проработал в родном городе. Трудился на масложиркомбинате, участвовал в строительстве майонезного цеха. Работал в монтажном управлении «Южтехмонтаж». Был удостоен званий «Ударник коммунистического труда», «Почётный труженик треста» «Севкавтехмонтаж». На пенсию ушёл в 69 лет.
У Швабов большая семья: три дочери, три внука, три внучки и уже четверо правнуков.
— Нас 20 человек за столом собирается, — с гордостью говорит жена юбиляра Александра Аверьяновна.
А однажды она принесла домой набор для алмазной живописи, это когда бисером выкладывают картины.
— Саша попробовал выложить икону Николая Чудотворца — и получилось. Тогда ещё принесла — он вторую создал, — улыбается супруга. — Сколько у нас Николаев Чудотворцев было! Всех детям раздали.
Потом пришло время пейзажей. Переливающиеся разноцветьем полотна требуют большого терпения, кропотливости и ювелирной точности.
— Это руки, привыкшие к труду, не дают покоя, — смеётся Александр Давидович.
Для него картины из бисера стали своего рода медитацией и способом творить красоту в моменте. На одно полотно у ветерана в зависимости от сложности работы уходит от двух дней до месяца.
И даже секретом своего долголетия Александр Давидович называет ежедневный труд. Он убеждён: нельзя лениться, надо всегда находить дело по плечу. И продолжает следовать этому правилу, создавая свои удивительные, радующие окружающих картины.
Фото Валерии Сачко / АС