«Подустал я, пап», — говорил он в перерывах между раундами, а потом выигрывал бой. Смелый, упорный, с мужским стержнем — таким Тимура Масалова помнят на ринге.
Ему прочили блестящую спортивную карьеру. Но парень выбрал спецназ и погиб, не дожив до 33 лет. «Масал» не изменил присяге, когда другие бежали из России, а честно выполнил свой долг до конца.
Дух бойца
Сложно не стать спортсменом, если твой отец — тренер, мастер спорта по кикбоксингу. Поэтому не удивительно, что Тимур вырос в спортзале.
— Он всюду со мной был. Даже когда я в половину шестого собирался на утренние пробежки, Тимка — маленький и заспанный — шёл следом. Кировские морозы его не пугали. Лишь пробежав метров 500, соглашался вернуться домой, — вспоминает Сергей Масалов.
В 11 лет Тимур впервые выступил на состязаниях. Соперник тогда попался старше, опытнее. И наблюдая за сыном, Сергей подумал: «Растеряется, проиграет». Однако мальчишка удивил.
— Раунд закончился, и Тимка беззаботно так сказал: «Подустал я, пап». А во втором раунде что-то в нём щёлкнуло, и тот бой Тимур выиграл, — рассказывает отец.
Характер на ринге Тимур проявлял и впредь. Казалось, «Масал» не видит преград, и уже в 16 лет становился победителем профессиональных боёв, где соперники подчас были вдвое старше.
В спецназ
Масалов хотел строить спортивную карьеру. Однако близилось совершеннолетие, и в любой момент могли призвать на срочную службу. Поэтому, получив аттестат с пятёрками и лишь двумя четвёрками, Тимур сам пришёл в военкомат.
— Тебя же в Российскую профессиональную лигу кикбоксинга пригласили. Передумал? — удивлённо спросил отец.
Тимур спокойно улыбнулся.
— Годик отслужу, вернусь, и продолжим на ринге рулить, — сказал он.
Отпраздновав 18-летие, через три дня Тимка уехал в Ангарск. Там служил в оперативном полку внутренних войск. А однажды поделился с отцом, что в часть приехали военные с Кубани.
— Они набирают людей в спецназ, — объяснил парень. И добавил: — Я хочу там служить.
Так Тимур Масалов попал в Армавир, в 15-й отдельный отряд специального назначения «Вятич».
Нельзя жалеть
— У Тимура могла сложиться блестящая спортивная карьера, — говорю я. — И вдруг выбрал военное дело, да ещё службу в спецназе. Почему?
— Он ещё ребёнком по дому с игрушечным оружием бегал, складывал пальцы пистолетом и шутливо стрелял. Наверное, это всегда в нём было — необходимость стать воином, — предполагает отец «Масала».
Служба Тимуру нравилась. Временами, конечно, было трудно — и морально, и физически. Но отец наставлял:
— Когда сложно, нельзя жалеть себя, иначе станет ещё тяжелее. Потому что внутренняя мобилизация даст трещину. В любой, даже самой паршивой ситуации ищи плюсы.
А уезжая в командировки, Тимур всегда предупреждал: «Пап, на задачу уходим. Могу без связи быть. Но не переживай, приедем, и я позвоню».
За «ленту»
У Масаловых среди знакомых много военных. После начала СВО несколько человек разорвали контракты с Минобороны и уехали из страны. Тимур наблюдал за этим, искренне возмущаясь:
— Да что ж они делают? Родина им жильё предоставила, хорошую зарплату. А когда понадобилось вернуть долг, отстоять её интересы, они сбегают…
Сам «Масал» незадолго до СВО уехал в Крым. Но 24 февраля 2022 года отряд перебросили на Херсонское направление. И он участвовал в освобождении аэродрома Чернобаевка.
Позже бойцов командировали на Запорожье, где они стояли близ Запорожской атомной электростанции, и ездили на Херсонское направление.
— По словам Тимура, контролировали, чтобы не случилось прорывов ВСУ. И всё равно, несмотря на международное давление, со стороны Украины продолжали обстреливать станцию. К ней пытались пройти группы диверсантов, — рассказывает Сергей Масалов.
Курская «жара»
А в августе 2024-го противник оккупировал Курскую область. Для освобождения приграничья отбирали опытных бойцов. «Масал» вызвался сам.
— На Запорожье тогда стало немного спокойнее, а в Курской области, наоборот, было «жарко», — вспоминает отец спецназовца. — Я переживал. Однако сам Тимку воспитал с мужским стержнем. И теперь не мог сказать: «Сынок, оставайся на месте. Пускай там другие рискуют». Он бы этих слов не понял, ведь считал своим долгом быть рядом с товарищами.
Основная группа отправилась в курское приграничье в конце осени или начале зимы, Тимур поехал позже — в феврале 2025 года. До этого учился управлять дронами.
Плохая весть
21 мая 2025 года Тимур в переписке предупредил отца — ночью они едут на задачу.
— А утром я проснулся до будильника, в половине шестого. Удивился этому. Ведь организм привык к чёткому режиму. Потом ушёл в спортзал на работу. А в девять часов увидел, что по лестнице поднимаются заместитель командира отряда, замполит… Ещё пошутил про себя, мол, а кем тут командовать будут? Но, подходя к ним, вдруг понял: что-то случилось, — вспоминает Сергей Масалов.
Когда ему сообщили, что сын погиб, впал в прострацию. Сел на диван в тренировочном зале и не заметил, как пролетело время и начали приходить спортсмены из других клубов — те, кто знал Тимура.
Дорога смерти
От военных Сергей узнал, что в роковой день «Масал» с сослуживцами ехал на выполнение боевой задачи по дороге смерти — открытой тропе в полях, протянувшейся почти на восемь километров.
Над дорогой постоянно кружили «птицы». Заметив российских солдат, ударили по ним. Однако помог РЭБ, поставленный на технику, и ребята успели свернуть в лесопосадку. Там транспорт засел, и бойцы принялись вытаскивать его. А через несколько минут бойцы попали под обстрел кассетных снарядов.
— Оказалось, рядом летал разведывательный дрон и навёл на лесополку американскую гаубицу. Было шесть прилётов, из-за которых погибли несколько бойцов. Тимуру осколок попал в шею. Он упал между квадроциклом и сброшенным с него оборудованием. Из-за взрывов квадроцикл загорелся, и Тимур обгорел. Поэтому его тело в Армавир привезли позже, чем других, — говорит Сергей Масалов.
Бойцы погибли около шести утра. А через несколько часов их вытащили спецназовцы из другого отряда.
«Он предчувствовал»
Тимура Масалова похоронили на малой родине в Кировской области. Там живут его мама и старшая сестра, племянники.
— Тимка любил детей. И души не чаял в дочке Эмилии. Частенько брал её с собой в отряд. И теперь, когда прихожу с ней, ребята всегда с улыбкой восклицают: «Наша дочь полка пришла!» — делится отец «Масала».
В командировки парень всегда брал фотографии дочери. И лишь в последний раз почему-то этого не сделал.
После гибели сына Сергей заметил, что тот оставил дома все дорогие сердцу вещи, которые неизменно возил с собой. Среди них — подаренный батюшкой молитвенный пояс, фотографии Эмилии, боксёрские перчатки.
— Уехал налегке. Только кошелёк и телефон взял, — говорит отец бойца. — Будто предчувствовал гибель.
Той февральской ночью Тимур тяжело проснулся и неохотно собирался в командировку. В машине вместо привычного разговора царило давящее молчание. Парень был хмурым, щёлкал кнопками, переключая радиоканалы.
— Расслабься, — похлопал по плечу отец. — Ты почему такой напряжённый?
Боец отмахнулся, и в Сергее вдруг тоже поселилась тяжесть. У КПП Тимур обнял его и молча ушёл во тьму — шагнул за ворота, ни разу не обернувшись, как делал прежде.
В стихах
А через два дня после гибели он всё же «попрощался» с отцом. Поэтесса из Кирова передала Сергею Масалову стихи.
— Она толком не знала Тимура. А в тот день, говорит, села за стол — и строки сами на бумагу легли, словно их диктовали, — делится мужчина. — Читал стихи, и меня не покидало ощущение, что они написаны словами Тимки.
Последний чек
После гибели «Масала» прошло полтора года. В квартире, которую боец снимал в Армавире, теперь живёт отец. В комнате Тимура до сих пор хранятся его личные вещи, даже чек из супермаркета, где накануне гибели парень купил любимую газировку.
— Боль не уходит. По вечерам, когда нечем себя занять, особенно тяжело. Для меня время остановилось. Я человек дисциплинированный, но несколько месяцев после гибели Тимура даже в спортивный зал приходить не мог. Тимка там много времени проводил. О нём всё и дома, и на работе напоминало. Но кое-как собрал волю в кулак. Подумал однажды: «Сын бы меня не понял, я же сам учил его: если сложно, не жалей себя, чтобы не раскиснуть ещё больше», — говорит Сергей Масалов.
Жить вечно
Теперь Сергей Масалов живёт за двоих.
— Как-то раз я обронил: «Ты же воин, а значит, в любой момент можешь погибнуть…» А Тимка ответил: «Я это понимаю». И добавил, что такой его путь. Он достойно прошёл его до самого конца, — считает отец.
«Масалу» было всего 32 года. Прожив короткую жизнь, он оставил яркий след в спорте и отряде «Вятич». Был преданным Родине и своим людям, которые отвечают тем же. В память о Тимуре провели несколько состязаний, в том числе в Армавире.
Значит, не зря говорят: быть воином — жить вечно.
Фото из личного архива