35 лет назад советский астроном сделал открытие, используя бинокль для зенитчиков и раритетную карту звездного неба.
Борис Скоритченко, сумевший взять последний космический трофей Советского Союза, сейчас живет в Лабинске. Ему 72 года, и он по-прежнему не представляет своей жизни без наблюдения за звездами. Раз в неделю приезжает в краеведческий музей на велосипеде, где бесплатно ведет астрономический кружок для детей.
Здесь мы и встретились с Борисом Николаевичем, о котором земляки говорят, что он один из немногих, воплотивших свои детские мечты в реальность.
В созвездии Лебедя
При знакомстве понимаешь, что Борис Николаевич — человек энциклопедических знаний. Но этим он не кичится. Терпелив, спокоен, и каждый его жест отсылает к черно-белым фильмам об ученых, стремившихся изменить мир во что бы то ни стало. Сейчас его волосы поседели, но в серо-голубых глазах горит юношеский задор и жажда новых открытий.
Прошу показать фотографию, сделанную в том самом декабре 1989 года, когда он обнаружил в ночном небе в поселке Мезмай ранее неизвестную комету. На фото Скоритченко держит 8-сантиметровый бинокль, или, как его еще называли, ТЗК — трубку зенитного командира.
— В то время вы занимались астрономией профессионально?
— Нет, тогда я работал учителем физики в Мезмае, а за звездами и другими космическими объектами наблюдал по ночам, — отвечает Борис Николаевич.
— А как долго вели наблюдения перед открытием кометы?
— Наблюдение проводил 200 часов или больше, все в журналах записано… Я уточню.
Борис Николаевич погружается в воспоминания ясной зимней ночи, круто поменявшей его жизнь. К наблюдениям он тщательно готовился. За 30 минут до сканирования неба, как и требуется в этой работе, находился в полной темноте, чтобы повысить чувствительность зрения. Подобрал для подсвечивания атласа звездного неба слабенький красный фонарик, не слепящий глаза.
В ту ночь Скоритченко поднялся на покатую крышу крыльца дома, в котором он жил в Мезмае в свою учительскую бытность. Ночь выдалась морозной, порядка 15 градусов ниже нуля. Холод сковывал руки, поэтому астроном надел тонкие перчатки и поверх них рукавицы. Расчистив оборудованную им площадку для наблюдений от снега и разложив карты на раскладном столике, приступил к исследованию.
— Я находился на высоте 800 метров над уровнем моря, — поясняет Скоритченко. — Астроклимат в Мезмае очень хороший, здесь можно видеть гораздо более слабые звезды, чем находясь на равнине. Мне довелось увидеть массу красивых вещей. Попадались знакомые туманности. Около полуночи я увидел ее. Сначала просто отметил карандашом в карте координаты объекта, находившегося в созвездии Лебедя. Снова посмотрел — показалось, она сместилась. Я стал напряженно всматриваться… Прошло время. Убедился: да, движется! Значит, это комета, ранее неизвестная и нигде не обозначенная. В астрономических календарях информация о ней не печаталась! Меня затрусило.
С Земли комету, в будущем получившую имя своего первооткрывателя, после сигнала Скоритченко наблюдали совсем недолго — пару месяцев. Потом она удалилась от Солнца, и ее яркость значительно уменьшилась. Как считают ученые, следующий ее визит может случиться через 62 тысячи лет. За это время космическая странница облетит свою эллиптическую орбиту и, возможно, снова покажется землянам.
— Знаете, ведь еще со Средних веков существует суеверие, что появление кометы предвещает какие-то бедствия для людей: неурожай, катаклизмы, смерть короля, — рассуждает Борис Николаевич.
— И о каком страшном событии предупреждала ваша комета?
— Я полагаю, о распаде Советского Союза…
После сделанного открытия Скоритченко заболел желтухой, и как выяснилось впоследствии, этим же недугом заразился кометчик Казимир Чернис, переписывавшийся с нашим земляком. Астрономы шутили, что такова расплата за открытие.
Через тернии
Но сделать открытие — это одно дело. Нужно сообщить о нем научному сообществу. На рассвете Скоритченко засобирался на работу и ближе к обеду телеграфировал в Москву и Киев об обнаружении кометы.
— Пробились на трассу по снегу, и в Даховском сельском поселении я телеграфировал в Москву и Киев, что, мол, такой-то открыл комету, и направил ее координаты, — вспоминает Скоритченко.
До Москвы телеграмма не дошла, а в Киеве ее получили. Тогда там располагался Центр исследования комет, где работал известный советский астроном Клим Чурюмов. Прочитав информацию от Скоритченко, тот переслал ее в США.
— В Америке в то время регистрировали открытия комет со всего мира, — поясняет Борис Скоритченко.
Как стало известно позднее, вторым «ловцом» кометы стал канадец Дуглас Джордж, через несколько часов после открытия Скоритченко он наблюдал ее близ Оттавы.
Комета получила название C/1989 Y1 Скоритченко-Джорджа. Информации о ней достаточно в открытых интернет-источниках, и даже на сайте Королевского астрономического общества Канады со ссылкой на Киевскую обсерваторию сообщается о более раннем независимом открытии этой кометы Скоритченко.
Американская ассоциация наблюдателей комет премировала открывшего новую комету. Насколько известно Борису Николаевичу, деньги из Штатов ушли, но он их так и не получил. На Родине за открытие его собирались отметить медалью, но СССР распался, и ко времени награждения астронома было не до науки…
Позже Борису Николаевичу предлагали трудоустройство в родном Луганске. Работа-то там имелась, а вот жилья не хватало. Тогда он перебрался в Киев, где при обсерватории проработал 24 года. В 2023-м уехал в Россию к родственникам. С тех пор и поселился в Лабинске.
На вопрос, почему мечтал сделать это открытие и ночами увлеченно наблюдал за звездами, отвечает:
— В советское время нас готовили созидателями, мы должны были делать что-то. Я помню, в школьные годы в Луганске прочитал учебник астрономии, а через несколько дней смотрел на небо и увидел яркий метеор. Испытал всплеск эмоций. С тех пор стал наблюдать.
Упорство и любовь к избранному жизненному и творческому пути и позволили Скоритченко совершить прорыв, о котором, к сожалению, со временем стали забывать.
О значении открытия 17 декабря 1989 года «АС» спросил заведующего астрофизической обсерваторией КубГУ, руководителя Центра астрономии и космонавтики краснодарского регионального отделения РГО Александра Иванова.
— Да, действительно, комета Скоритченко стала последней открытой в Советском Союзе. Информация о ней важна, так как помогает расширить знания человечества о Солнечной системе. Комета относится к долгопериодическим, то есть земляне смогут увидеть космическую гостью снова спустя не менее 50 тысяч лет. Из особенностей кометы следует отметить наличие в ее спектре полос циана, что достаточно редко встречается. Борис вел наблюдение за звездами методом так называемого «сканирования» — просматривал небо змейкой, двигаясь слева направо и наоборот, поднимаясь выше.
Просто жизнь
Несмотря на признание открытия Скоритченко научным сообществом, ученого ждала трудная жизни.
Скоритченко живет на даче у родственников. Своего дома или квартиры у него нет. Ученый получает пенсию как гражданин России, которую начислили исходя из стажа работы на территории РФ. И он ждет, что вот-вот ему также зачтут и стаж работы в Астрономической обсерватории Киевского национального университета им. Шевченко.
Сейчас единственное, о чем мечтает Борис Николаевич, — делиться знаниями с ребятами. Кого-то из них он однажды заж-жет своим внутренним огнем исследователя и, возможно, передаст эстафету новых космических открытий.