Сегодня, 11 декабря, в России почитают память солдат, погибших в Чечне. У подполковника в отставке Андрея Двоеглазова, участника второй Чеченской войны, за плечами две командировки в «горячие» точки.
Оттуда ветеран привёз трофей — скремблер с печально известной высоты 776. Где в Армавире его применяли? Об этом Андрей Двоеглазов рассказал в интервью «АС». А ещё поделился, как в «нулевых» предотвратили провокацию на выборах в селе Пионерском, и кто из армавирцев участвовал в поимке боевика «Тракториста».
По закрытым каналам
— В «нулевых» вас два раза командировали в Чечню. Как это случилось впервые?
— В первую командировку уехал в феврале 2000 года. Служил тогда в ОВД по городу Армавиру начальником оперативно-технического отдела. За спиной уже были военное училище и годы службы в армии, откуда уволился в звании майора.
Помню звонок из Главного управления внутренних дел Краснодарского края, когда сказали: «Ты человек военный, а, как известно, бывших военных не бывает. Командировку «за речку» планируем. Поедешь?» Ответил согласием. Но у меня было условие — со мной поедут ещё четыре бывалых военных, которые служили на тот момент в других районах Кубани… И вот так в 38 лет попал в Чечню.
— А кто вы по специальности?
— Инженер по монтажу и эксплуатации зданий и сооружений в области электричества. Также прошёл специальный курс по минированию, разминированию, установке и обезвреживанию минных полей и взрывчатых устройств.
— Отправляясь в Чечню, знали, надолго ли?
— Об этом не сообщили. Но сразу обозначили задачи, потому что поехал в республику вместе с бригадой Краснодарского края, которая устанавливала ретрансляторы. Дело в том, что войсковые ретрансляторы не брали нужные частоты. У них были метровые диапазоны радиоволн, а у нас — дециметровые. И мы при установке ретрансляторов в правильном положении охватывали по нескольким каналам связи, в том числе закрытым, практически всю территорию Чечни.
Ещё налаживали те самые закрытые — скремблированные — каналы, проверяли качество работы и прослушивали «дорожки». Как работает закрытая связь? Информация, попав на шифратор, в эфире слышится только шуршанием, неясными писками. Эти звуки, дойдя до следующего ретранслятора, дешифровывались, и радисты по закрытому каналу связи принимали нужные сведения.
— Коды для защиты информации в то время часто меняли?
— Постоянно. У чеченских боевиков в сфере радиосвязи тоже были свои специалисты, оборудование. В пример могу привести поездку на высоту 776 в Аргунском ущелье неподалёку от селения Улус-Керт, где в результате боёв 29 февраля–1 марта 2000 года погибли наши солдаты.
Через три дня, 4 марта, я был на этой высоте с группой криминалистов. Там мы обнаружили несколько скремблеров, которые оставили боевики. Это устройства для шифрования данных. Один из них я потом привёз в Армавир. Его даже некоторое время применяли в работе отдела связи городского ОВД. Вот насколько хорошей техникой тогда могли обладать боевики.
Нарвались на засаду
— Ещё доводилось сопровождать колонны военных. Какие тогда обязанности выполняли?
— В сопровождение ходил наравне со своими подчинёнными — их было 12 человек. Могли ездить из Грозного в Моздок, из Кизляра в Ножай-Юрт, из станицы Червлённой в Аргун. Ходили как автоколонны МВД, так и общевойсковые.
Из-за того, что армейская связь была ограничена в частотах, мы при помощи радиостанций могли их прослушивать и по своим каналам своевременно запросить подкрепление у спецподразделений.
— Такие выезды проходили спокойно?
— Какой там! Однажды в Шелковском районе колонна попала в засаду, и тогда в перестрелке погибли четверо парней: трое кубанских сотрудников ДПС и криминалист.
А как-то раз в лесу по дороге из Кизляра в станицу Дубовскую — в полутора километрах от 19-го блокпоста — наш бронетранспортёр подорвали миной. После этого сразу начали обстреливать из лесной зоны. И таких боестолкновений было много…
Голосовали в Пионерском
— Расскажете о провокации, которую предотвратили на первых досрочных выборах президента?
— Всё случилось в селе Пионерском Шатойского района. Участков для голосования в тех условиях не было. Вместо них — бронетранспортёр, на котором должна была стоять урна для избирательных бюллетеней. Но нам «посоветовали» не приезжать, иначе — смерть.
Мы расположились около мечети. Рядом с ней была какая-то сторожка, около которой, предупредив об этом местных жителей, сделали своего рода минное поле — чтобы никто не подобрался со спины. Расставили сигнальные ракеты, по периметру — солдат с автоматами и пулемётами, которые контролировали территорию. Затем подозвали муллу и сказали, что в случае перестрелки запрёмся в мечети. До прихода подкрепления продержаться смогли бы ещё долго. Но объяснили мулле, что у нас с собой только тушёнка из свинины, и в случае вынужденной обороны, есть её будем прямо в мечети. Попросили успокоить людей. Он поговорил с населением, вернулся и сказал, что никто нас не тронет.
Люди быстро выстроились в очередь, и уже через час голосование завершилось. По-моему, у нас даже 101% явки был, потому что некоторые приехали голосовать из соседних населённых пунктов.
Подполковник
— Когда вернулись домой?
— Спустя пять месяцев. Пробыл в командировке с февраля по 3 июля. Из Чечни также вывел свою колонну — четыре или пять автобусов, во главе которых ехал Виталий Винников, а я был замыкающим.
В Краснодаре в учебном центре МВД на плацу нас разоружили. Встречать меня приехали супруга и товарищ, но, прежде чем ехать домой, требовалось сдать радиостанции — их с собой было пять. До сих пор шучу, что в тот день в Главное управление я вошёл майором, а вышел — подполковником. Мне тогда новое звание присвоили.
— А через полгода — вторая командировка?
— В декабре 2000 года меня отправили в командировку как старшего офицера по особо важным поручениям представителя президента России в Северной Осетии-Алании и Ингушетии. Базировались во Владикавказе. Там сотрудники ФСБ разрабатывали спецоперации, а мы обеспечивали их силовую поддержку и правопорядок на территории Чеченской Республики.
В тот раз меня командировали вместе с отрядом ОМОН и двумя врачами: хирургом Натальей Удалайской и анестезиологом Ириной Ткаченко.
Одной из операций был перехват двух «Мерседесов» с фальшивыми долларами в селе Самашки. Тогда задержанных 150 километров везли в бронетранспортёре. А я своих подчинённых предупредил: если у кого-нибудь обнаружу хотя бы одну из тех купюр, сразу виновного отправлю под суд. Но брать фальшивые деньги никто не хотел. Только водитель, которому доверили перегнать один из автомобилей, воскликнул: «Бать, а знаешь, какой кайф на «Мерседесе» ездить?» Мы все посмеялись, потому что понимали: парень всю жизнь БТРом управлял, а тут «пересел» в комфорт.
Ловили «Тракториста»
— Какую из своих операций в Чечне считаете самой сложной?
— Могу назвать самую интересную — это операция по захвату полевого командира Салаутдина Темирбулатова. Правда, он больше известен под кличкой «Тракторист». Когда-то Салаутдин работал механизатором в совхозе, но стал боевиком, который снимал на видео, как пытает и убивает российских солдат. Потом для устрашения эти записи распространял.
Кстати, одним из участников операции по его захвату был армавирский оперуполномоченный Евгений Александрович Попов. А моя задача заключалась в прослушивании линий связи боевиков. Так, по небольшим крупицам из услышанных разговоров, помогал группе собрать информацию о том, где боевик может находиться.
— Почему, не раздумывая, согласились на эти командировки?
— А разве мог иначе? Я офицер, внук фронтовика. Учился у ветеранов Великой Отечественной войны. И меня с детства так воспитывали: защищать интересы родной страны, когда она в этом нуждается.
А с теми, с кем судьба свела во время Чеченской войны, до сих пор общаюсь. Среди них — Виктор Яковлев. А с Анатолием Переходовым служил в одном подразделении, знакомы с 1994 года. И когда в первый раз приехал в Чечню, Анатолий же готовился к возвращению домой.
Справка «АС»
Андрей Двоеглазов вышел в отставку в 2010 году. Из 34 лет трудового стажа 30 лет прослужил в армии и милиции.Военнослужащий награждён:
- знаком отличия «Участник боевых действий в составе спецподразделения в Чечне»
- специальными знаками отличия «Ветеран боевых действий» и «Ветеран боевых действий в составе МВД»
- орденом «За заслуги перед Отечеством» II степени и др.
Фото Валерии Сачко / АС