Современные технологии изменили схемы наркоторговли. 90% таких преступлений сегодня происходят через Сеть. И раскрыть их труднее.
В интервью «АС» начальник Отдела по контролю за оборотом наркотиков ОМВД России по городу Армавиру Евгений Нурисламов рассказал, когда был пик аптечной наркомании, как менялись предпочтения зависимых и что выращивал военный пенсионер.
За чертой
— В полиции Отдел по контролю за оборотом наркотиков существует десять лет. Как за это время в Армавире изменилась наркоситуация?
— Главное, что выбили сбыт наркотиков из города, в том числе с центральных улиц. Теперь в 80 процентах случаев это происходит в лесополосах, близ трасс, а не в зоне видимости и доступности детей.
Даёт свои плоды профилактика. А поскольку большая часть сделок происходит в Сети, то в борьбе со сбытом наркотиков на руку сыграло замедление Интернета.
В 2024 году благодаря тому, что во время расследований и задержаний изымали запрещённые вещества, сократились случаи отравления наркотиками — меньше армавирцев стало попадать в приёмное отделение больницы. В четыре раза меньше летальных исходов из-за передозировок. Если в 2024 году их было восемь, то в 2025-м — всего два.
— А сколько человек, причастных к незаконному обороту наркотиков, задержали в этом году?
— За два месяца — 15 задержанных. Столько же было за аналогичный период прошлого года. Все дела направлены в суд.
Без рецепта
— Как за пять лет изменились предпочтения наркоманов?
— Во время пандемии, когда действовали ограничения на перемещение, многие наркоманы перебивались аптечными препаратами. Скупали даже корвалол, нурофен. А летом пытались выехать за город на поиски растительных наркотиков: марихуаны, мака.
А в 2024 году на Кубани закрыли сеть аптек, где рецептурные препараты отпускали без назначения врача. Три такие аптеки мы выявили в Армавире. В основном там продавали «габу» и «лирику», то есть габапентин и прегабалин.
— Что сейчас употребляют в Армавире?
— Чаще всего изымаем наркотики растительного происхождения. А в 2010-е наркоманы как сумасшедшие употребляли курительную смесь спайс. Потом перешли на соли. Сейчас их почти не встречаем. Среди синтетики распространены мефедрон (из группы амфетаминов) и метадон (группа опиоидов). От последнего, кстати, больше всего передозировок — 90 процентов случаев. А в мефедроне, согласно отчётам экспертов, такие примеси, что их даже читать страшно.
Онлайн-преступление
— Армавир подключён к системе «Безопасный город». Часто прибегаете к помощи камер в раскрытии преступлений?
— Каждого второго закладчика выявляем благодаря системе видеонаблюдения. Камеры позволяют шаг за шагом установить, откуда закладчик пришёл, где и как расплатился, на какой машине уехал.
— А с ссылками на интернет-магазины наркотиков работаете?
— У нас в штате есть два сотрудника, которые мониторят такие сайты. Выявив их, подаём заявления на блокировку ресурса в Роскомнадзор. Также анализируем наркошопы, отслеживаем счета, через которые с ними взаимодействуют. Это, как правило, дроповские — «левые» — банковские карты. Информацию о владельцах счетов запрашиваем через суд. Процесс это долгий. А ускорить его можно, только внеся изменения на законодательном уровне.
Бывает, деньги многократно переводят на разные счета, чтобы запутать следы, и в результате выводят их на криптовалютный кошелёк. И тогда всё. Здесь мы бессильны, а недели или месяцы работы ушли впустую. Повезёт, если с этих счетов выведут «зарплату» для закладчиков. Тогда пробуем отследить, где они «засветили» свои карты, отслеживаем по камерам видеонаблюдения.
Мы работаем с латентными (скрытыми) преступлениями, которые выявить гораздо сложнее.
— Значит, сейчас правонарушения, связанные с наркотиками, чаще совершают онлайн?
— Да, если говорить о торговле, то около 90 процентов таких преступлений бесконтактные и происходят в Интернете. Сбыт из рук в руки благодаря оперативной информации можно пресечь: провести закупку и задержать наркоторговца. А вот бесконтактную продажу раскрыть труднее.
Приведу пример. Закладчики забирают наркотики у оптовика. Но нередко есть ещё один, более крупный оптовик, который имеет выход на лабораторию. А у изготовителя — выход на поставщика прекурсоров. Это вещества, которые используют для производства и переработки наркотиков и психотропов. Отслеживание такой цепочки — процесс длительный, и зачастую она обрывается на закладчике или оптовике. Они могут не знать каждое звено преступной линии.
Курьеры-иностранцы
— В Армавире выявляли лаборатории, производящие наркотики?
— Такого в нашем городе не было. Зато был случай, когда Армавир стал своего рода хабом, — отсюда канистры с прекурсорами отправляли в Лабинский район. Выяснилось, что там в одном из домов организовали нарколабораторию. Тогда изъяли и прекурсоры, и 17 килограммов уже готовых наркотиков.
— А запрещённые вещества из других стран в город завозят?
— Подобное выявляли в 2019-2021 годах. Героин привозили из Таджикистана и Узбекистана. А фигурант одного из уголовных дел — курьер-иностранец — приехал в Армавир из Москвы. Ещё помню, что синтетику обнаруживали у приезжих из ДНР. Причём все задержанные оказались жителями одного посёлка.
В прошлом году задержали гражданина Таджикистана. На заработки он сначала приехал в Санкт-Петербург, где работал в шаурмичной. Потом ему предложили поработать закладчиком в Краснодаре. И уже из краевой столицы иностранец приехал в Армавир с «товаром». Он постоянно озирался, из-за чего показался полицейским подозрительным. Его остановили на улице и обнаружили при нём мефедрон.
Вместо алкоголя
— В Армавире наркотики употребляют чаще люди какого возраста?
— Синтетику употребляет молодёжь от 18 до 30 лет. Растительные наркотики чаще выращивают люди постарше — до 50 лет. Ещё заметил, что сбытчиками становятся преимущественно парни. Почему? У девушек есть альтернатива лёгкого заработка — эскорт.
Иногда работают парой: девушка с парнем. У нас было дело, где выявили группу лиц — двух несовершеннолетних студенток, действующих сообща.
— Это как?
— Они могут разделить товар пополам и делать закладки по отдельности. Или ходят вместе: один оставляет наркотики в тайнике, а второй фотографирует и отправляет координаты. Зависит от того, как договорятся между собой.
— А почему зрелые люди вдруг культивируют запрещённые растения? Неужели это заядлые наркоманы?
— Обычно они выращивают травку для себя. Встречал тех, кто начал курить растительные наркотики потому, что им по состоянию здоровья был противопоказан алкоголь, либо, выпив, они становились агрессивными.
В моей практике был случай, когда запрещённые растения культивировал бывший военный. Он купил в Интернете и вырастил семена — «просто попробовать». Мол, употреблять спиртное не хотел, поэтому курил травку, чтобы расслабиться.
— Как находите участки с запрещёнкой?
— До СВО, пока был разрешён запуск дронов, приезжали операторы, и с их помощью «птички» облетали указанную нами территорию. Сейчас выявлять участки, где культивируют наркотики, помогают бдительные соседи, поступающая к нам оперативная информация. Ещё мониторим сайты, где продают семена наркотических растений. Тут отследить проще — заказы нередко получают на почту.
— А у подростков, по вашим наблюдениям, зависимость стала встречаться чаще?
— Этот показатель не растёт, но и не снижается. Передозировок среди несовершеннолетних тоже не выявляем.
Профилактику наркомании проводим регулярно: беседуем с учениками 9-11 классов, студентами, сотрудниками крупных предприятий — родителями школьников. И знаете, что заметил? Молодёжи интересна работа Отдела по контролю за оборотом наркотиков. Даже подростки часто просят, чтобы мы взяли их понятыми при обыске, изъятии запрещённых веществ. Так они не только слышат про вред наркотиков, а ещё своими глазами видят, какими становятся зависимые люди и каковы условия их проживания. Мне кажется, это тоже хорошая часть профилактики наркомании.
Фото Снежаны Годлевской / АС