Эти экспонаты из фондов Армавирского краеведческого музея были найдены в 1992 году в Тенволе — районе села Вольное Успенского района. Участвовал в раскопках, кстати, и председатель городской Думы Александр Поляков. Тогда он был студентом исторического факультета пединститута.
По словам заведующего отделом археологии и палеонтологии Армавирского краеведческого музея Александра Лопатина, исследовали небольшой курган, в котором было семь погребений.
И одно из них — спускная катакомба — было небольшим.
— От поверхности кургана уходила вглубь всего на 3,5–4 метра. А в ногах у погребённого обнаружили два предмета: кувшин и жаровню для благовоний, — вспоминает сотрудник музея.
Жаровня оказалась фрагментом глиняного сосуда. И использовалась как курильница.
— В них обычно жгли пахучие травы. Дело в том, что погребальные катакомбы копали не один день, и это сопровождалось воскуриванием благовония: трав и угля, — говорит Александр Лопатин.
Внешнюю сторону жаровницы украшает узор, напоминающий два бараньих рога. Подобный рисунок часто встречается на предметах, созданных на рубеже III-II тысячелетия до нашей эры.
Не менее интересным оказался и кувшин. Точнее остатки содержимого.
— Внутри лежала куриная косточка, а на стенках сохранился налёт, оказавшийся овсяной кашей. По крайней мере, к такому выводу пришёл почвовед из Москвы. Он работал с нами в экспедиции и взял пробу содержимого кувшина на экспертизу, — вспоминает заведующий отделом археологии и палеонтологии.
Предположительно косточкой сделан и узор вокруг горлышка кувшина — находящиеся почти на одинаковом расстоянии выемки.
Кстати, пища в захоронении была погребальным даром. И оставили её неспроста.
Древние люди считали, что загробный мир во многом похож на земной, что там умерший продолжает заниматься привычными делами, добывать еду, строить жилище и так далее. Поэтому нередко в могилу клали и орудия труда.
— Однако в кургане Тенвола нашли только кувшин да жаровню. Захоронение бедное, но всё же не обычного жителя племени. Скудные погребальные дары в тот период встречались часто. А оставить металлические предметы не могли, так как бронза только начинала распространяться, — поясняет Александр Лопатин.
Фото Снежаны Годлевской / АС