Переехав из Челябинской области на юг, Лариса и Вячеслав Замоздрины не просто поменяли географию и климат, а изменили жизнь. Сейчас в их доме живут восемь ребят, а всего у пары 12 детей.
В интервью «АС» многодетные родители рассказали, почему не знают, что такое переходный возраст у подростков, зачем бросают дела, если ребята просят провести время с ними, и когда испытывают счастье.
Дом для Дарины
— Вы вместе 35 лет. А как решились, имея своих пятерых детей, стать приёмными родителями?
Лариса Анатольевна: Мы с мужем оба из многодетных семей: у моих родителей было шестеро, а у свёкра со свекровью — четверо. Вот и хотели большую семью.
Когда родился пятый ребёнок, поняли, что мальчиков достаточно — у нас подрастали одна дочка и четыре сына. Хотелось ещё одну девочку. И мы решились.
Стёпе тогда исполнилось пять месяцев, приёмной дочери Дарине было около годика. Они росли как двойняшки: вместе пошли в садик, в первый класс, сидели за одной партой. Учительница даже смеялась: «Стёпа у вас учится за двоих». Потому что он строго следил за сестрой: приходил в школу, выкладывал на парту свои тетради с учебниками, а потом Даринины учебные принадлежности. Начинал писать и ей говорил: «Пиши». Сейчас они самые близкие друг другу люди.
— Как на появление в вашей семье приёмных детей реагировали родственники?
Вячеслав Владимирович: Их принимали как родных. Бабушки постоянно звонят, интересуются жизнью ребят, радуются успехам. Для них все внуки свои.
Нашим старшим детям уже за 30 лет. И они никогда про братьев и сестёр не говорили: «Этот родной, этот приёмный».
Вечный двигатель
— А потом вы взяли ещё одну девочку — Лизу. Почему решили повторить?
Л.А.: У нас родился сын Богдан, и мы подумали, что это самое подходящее время для появления ещё одной дочки. Лиза и Богдан тоже росли как двойняшки. В этом году окончили девятый класс, на днях получили аттестаты об окончании школы. Все девять лет они сидели за одной партой. Учительница предлагала их рассадить, но слышала в ответ: «Нет, мы будем вместе».
Потом наша семья переехала из Челябинской области под Армавир, в хутор Красная Поляна. Через два года старшие сыновья покинули семейное гнездо. И мы взяли под опеку шестилетнего Женю и восьмилетнюю Сашу.
В.В.: После отъезда старших сыновей чувствовалась пустота. Сядем за стол, а двоих нет, и стол кажется пустым. Мы же привыкли к шуму, к суете.
— Говорят, что ребята из детских домов тяжело адаптируются, возникают проблемы с поведением, с доверием. Вы с этим сталкивались?
Л.А.: Нет, таких проблем не возникало. Ребятишки сразу становились своими. Мы даже переходного возраста не заметили.
Несколько лет назад взяли в семью Машу и Милену. Им на тот момент было полтора и три года. В этом году Милена пойдёт в первый класс, Маше пять лет. Девочки — чудо-дети. С первых дней бежали к нам на руки, кричали «папа-мама», обнимали.
Мы не сталкивались с тем, что ребёнок замыкается, боится, проявляет агрессию. Наверное, потому что в нашей семье никто никого не выделяет, а в доме много любви. А дети это чувствуют.
— Сколько сейчас ребят живёт с вами?
Л.А.: Сейчас с нами живут восемь детей. Старшие уже разлетелись: один — в Челябинской области, второй — в Хабаровске, третий в Казани учится, дочка обосновалась в Новокубанском районе. Но когда они приезжают, дом гудит. Их опять двенадцать. И это настоящий праздник! Мы не представляем жизни в тишине.
В.В.: Вот у моих одноклассников по одному ребёнку. Дети выросли, разъехались. И остались родители вдвоём. Сидят, тоскуют. А у нас жизнь бьёт ключом!
Дети же постоянно что-то придумывают, мастерят, устраивают спортивные соревнования или танцы до упада. Бывает, и спина болит, вставать не хочется. Но понимаешь, надо. Ребята ждут, ты им нужен. В этом году вот захотели пруд с рыбками. Теперь вместе его создаём. Дети, как вечный двигатель — сами движутся, и тебе засидеться не дают.
Помогают все
— Как вы справляетесь в быту? Живёте по строгому режиму?
В.В.: В семье каждый знает свои обязанности. Сделал уроки — убери тетради на место, поел — задвинь стул, отнеси на кухню тарелку. Когда что-то чиню во дворе, мальчишки выходят помогать. Не ждут, пока попросят.
Л.А.: Утром обходимся без хаоса. Дети сами распределили, кому в какое время вставать. Кому надо больше времени, чтобы привести в порядок волосы, тот встаёт в 6:30, кому хватает 15 минут — тот в семь. Никто никого не торопит, под дверью не кричит. А на каникулах ребята спят сколько хотят, завтракают. Потом кто в бассейн идёт, кто на батут, кто рисует. Но обязательно все помогают навести порядок — это святое.
— Наверное, готовить на такую семью приходится много?
Л.А.: Я готовлю каждый день. Обязательно суп, второе и пироги. Девчонки подходят, спрашивают, чем помочь. Одна картошку чистит, другая салат режет, третья за тестом следит. Это не обязанности, а общее дело.
— Удаётся ли уделить внимание каждому ребёнку?
Л.А.: Многодетная семья тем и отличается от семьи с одним ребёнком, что дети понимают: их много, а мама с папой одни. Один подбегает с вопросом, другого надо за луком отправить, кому-то с уроками помочь или косичку заплести — все при деле, и никто не чувствует себя обделённым. Когда младшие из садика прибегают и кричат: «Мам, пошли в бассейн!», я бросаю дела и иду. Потому что они хотят именно со мной провести время. Мы вместе плаваем, играем. Это и есть внимание, быть рядом.
У нас существует семейная традиция — по вечерам все собираемся в гостиной и общаемся на разные темы. Дети рассказывают, как прошёл их день, делятся своими переживаниями. Мы их выслушиваем, даём советы, рассказываем что-то интересное.
— А старшие дети не обижаются, что им меньше вашего времени достаётся?
Л.А.: Мы с ними разговаривали на эту тему. В ответ слышали: «Нет, у нас такого не было». Старшая дочь Полина как-то сказала: «Мы с младшими играли, потому, что хотели, а не потому, что нас заставляли».
Когда Маша удивилась
— Какие жизненные ценности вы прививаете детям?
В.В.: Первое — это уважение к старшим. Если кто-то в дом заходит, ребята первыми здороваются. Вошла в автобус бабушка, уступают место.
Второе — честность. Не врать, не воровать — это главное. И третье — не мусорить, не ломать вещи, не кричать на улице. Мы сами показываем им пример. Я прихожу с работы, снимаю ботинки, ставлю их аккуратно на полку, вешаю одежду в шкаф. Они видят и повторяют. И даже младшие Маша с Миленой придерживаются строгих правил: выпьют сок, коробочку не бросят на улице, а принесут домой в мусорку. Потому что знают — мусорить нельзя.
— Ругаете детей за провинности?
В.В.: У нас даже слова такого нет — «наказание». Ни я, ни жена никогда не повышаем голос. Однажды Маша пришла с прогулки в шоке: на улице она увидела, как мать кричит на своего ребёнка. У нас таких сцен не бывает. Проблемы решаем спокойно, разговорами. Если что-то не так, объясняем.
— В вашей большой семье сложились традиции, которые её объединяют?
Л.А.: Их много! На Новый год мы все садимся и пишем письма Деду Морозу — это целая церемония. На Масленицу печём блины, делаем поделки.
А ещё очень любим танцевать всей семьёй! К каждому празднику готовим новый танец, чаще русский народный. Когда начинаем репетировать, старшие помогают младшим. Даже на городском конкурсе «Кубанская весна» заняли третье место, выступив с танцем «Матушка-земля».
Любим выезжать на природу. Берём велосипеды и отправляемся по «Тропе здоровья» от хутора до городского водохранилища.
Наши дети любят путешествовать. Недавно ездили на базу отдыха «Медвежий угол» в Мостовской район. И ребята, даже самые маленькие, с восторгом поднимались в горы. А по дороге домой спрашивали: «Мама, когда ещё поедем?»
— А планы на будущее у вас есть?
В.В.: Планы простые — растить детей, чтобы они стали хорошими людьми. Уверен, они захотят иметь большие семьи, потому что видят, как дружно и интересно живём. Я им говорю: «Смотрите, любое дело мы делаем вместе. Пусть и у вас так будет». Важно, чтобы они переняли нашу любовь к семье, к труду, к честности.
Л.А.: Для нас с мужем самая большая награда — счастье наших ребят. Насколько счастливы будут они, настолько счастливы будем мы.
Фото из архива семьи Замоздриных